История Умоджанского протектората началась с организации потомками первых поселенцев, покинувших борт корабля-ковчега «Ригана» (второе судно, «Саренго», не выдержало посадки и было уничтожено в верхних слоях атмосферы), Совета правления Умоджи. Он был призван умерить пыл Тарсониса (выходцы с ковчега «Нагльфар»), стремившегося подмять все шахтерские гильдии под себя. После нескольких отказов со стороны Умоджи и Мории (четвертый корабль, «Арго»), власти Тарсониса сошлись на создании Конфедерации, включавшей в себя ближайшие зависимые миры. Как все мы знаем, образованное государство отличалось высокой коррумпированностью, так как целиком и полностью подчинялось авторитетным Старым семьям, находившимся в тени.

Все еще жаждущая заполучить те шахты, в конце 2485 года Конфедерация пошла на конфликт с Келморийским синдикатом, впоследствии обозначенным как Войны гильдий. К сожалению, у Мории практически не было шансов выстоять против военной машины Тарсониса. Четыре года и множество кровопролитных сражений спустя был заключен мирный договор, согласно которому почти все добывающие предприятия отходили Тарсонису, что означало окончательное и бесповоротное поражение Синдикита.

Несмотря на все возмущение от подобной несправедливости, Умоджа ничего не могла с этим поделать. Ей успешно удавалось отбиваться от мелких провокационных вторжений Конфедерации, не давая им перерасти в большую войну. Образованный после келморийского конфликта Протекторат, включавший в себя ближайшие независимые колонии, скрытно оказывал поддержку антиконфедератским организациям, в частности Арктурусу Менгску. Правящий совет стал сердцем нового государства.


Миры, верные Умоджанскому протекторату, долгое время считали своей главной чертой независимость. Жители этих планет являются просвещенными борцами за свободу и плохо скрывают свое презрение к соседям, склонившим колено перед почти фашистским игом Конфедерации.

В 2491, после ядерного апокалипсиса, что устроили Старые семьи на Корхале-4 с целью показать ничтожность любого сопротивления, власти Умоджи лишь утвердились в решении оказывать любую посильную поддержку всем несогласным с режимом Тарсониса, в ряды которых вступили почти все беженцы с поглощенной радиоактивным пламенем планеты. Любому умоджанцу разрешалось добровольно встать под стяг «Сынов Корхала».

После падения Конфедерации Протекторат первое время активно сотрудничал с Доминионом терранов, пока Совет правления не заметил, что правление Менгска все сильнее стало походить на то, что он в былые годы так яро хотел свергнуть. На восстановленном Корхале царили тирания, цензура и жестокость. Тогда Умоджей был заложен курс на отдаление от нового соседа.

Вторжение в сектор Копрулу Объединенного Земного Директората лишь разожгло пламя конфликта между Умоджей и Корхалом. Генералу Эдмунду Дюку не удалось толком договориться с политиком Протектората Эйлином Пастером о том, на какой дистанции от них имеют право пролетать корабли Доминиона. К окончанию войны с землянами отношения между государствами лишь обострились — император Арктурус верил, что Протекторат как-то замешан в нападении и помогал Дю Галлю. С тех пор началась так называемая «теневая война».


Понимая, что тягаться с мощью Доминиона бессмысленно, правители Умоджанского протектората решили отдать приоритет научному развитию и саботажу. В ответ на это, Арктурус наложил на Протекторат торговые ограничения, вследствие чего Правящему совету пришлось чуть ли не тайком ввозить на свою территорию еду. Стоит отметить, что именно в Умодже изобрели такое чудо военной техники как медэвак, впоследствии применяемый абсолютно везде.

Еще одна искра холодного конфликта взлетела в воздух, когда Менгск обнаружил, что один из его сенаторов, а именно Корбин Фаш, сокрыл от властей факт наличия у его сына, Колина, пси-способностей. Семья Фаш отправилась в Протекторат, заключив соглашение с министром Йоргенсеном, согласно которому Колину предоставлялось хорошее убежище на одном из миров для беженцев. К несчастью, у них не получилось этого сделать — юного Фаша выкрали и силой отправили в доминионскую Академию призраков. Сын успел дать отцу клятву предать широкой огласке то, что происходит в застенках этого здания. Йоргенсен не стал стоять в стороне и пообещал помочь, ссылаясь на свои связи с известными медийными личностями Доминиона, вроде Кейт Локвелл.

Сбежавший сенатор был настоящей занозой для Корхала, и Менгск выслал призрака для его устранения. Благодаря невероятному везению Корбина, агент провалил свою миссию, а Протекторат, не дрогнув, обеспечили Фаша еще большей защитой.


Параллельно с гонкой за ресурсы и влияние, Умоджанский протекторат готовился к неизбежной войне, если не с алчным Доминионом, то с безжалостными зергами. Сдерживая свое слово, министр Йоргенсен проводил в мирах Менгска активную пропаганду против Академии призраков. Также, во многом при помощи Корбина, был вызволен из нее Колин Фаш. Молодой человек согласился пойти в ряды теневых стражей — умоджанского аналога призраков, о которых почти никто не слышал. Способные управлять разумом, эти агенты были одним из сильнейших орудий Протектората в борьбе против Доминиона. По словам призраков, если из них кто-то и встречал на своем пути теневого стража, то никто эту встречу не переживал точно.

В 2503 году Умоджа узнала о разработке Доминионом торов. Был запущен проект «Лезвие тьмы», контролируемый генералом Коулом Бенеттом и Габриэлем Тошем. При помощи уникального ИИ и спектров — призраков-регенатов, значительно усиленных терразином — планировалось поймать императора Арктуруса Менгска и заставить его публично признать свои злодеяния на камеру лояльного Умодже репортера Майкла Либерти. К сожалению, грандиозный замысел провалился, когда о станции «Геенна», где базировалось «Лезвие», прознала Нова Терра и ее команда «Уничтожителей». Конец немного предсказуем.


В доминионском конфликте между Арктурусом и Валерианом Протекторат, разумеется, поддержал последнего, предоставив ему, а также «Рейдерам Рейнора» и исцеленной Саре Керриган, убежище. Над бывшей Королевой Клинков, к ее неудовольствию, проводились исследования на предмет оставшейся возможности управлять Роем. Эксперименты были прерваны атакой крейсеров Доминиона. Научный комплекс ЕВ-103 был эвакуирован, некоторая часть морпехов Протектората осталась на «Гиперионе».

Значительно позже, уже после своего становления императором, из добрых намерений Валериан Менгск предложил Умодже заключить оборонительный пакт, включающий в себя взаимное технологическое соглашение. В Протекторате не могли забыть о злодеяниях его отца и решили выкрасть из Доминиона документы, в которых Валериан значился как спонсор «Фонда Мебиуса», выращивавшего гибридов. Судя по всему, власти Умоджи хотели настроить народ Корхала против своего нового правителя. Файлы были надежно укрыты на сверхукрепленной космической станции «Цитадель».


Поняв, что жест доброй воли был понят неверно, Валериан послал на «Цитадель» своего лучшего агента — Нову. Подстроив с помощью специального токсина свою смерть, она «трупом» попала на станцию, где, прервав операцию хирурга, вздумавшего устроить ее вскрытие, начала проведение своей операции. Проведя минирование, Нова спровоцировала эвакуацию базы и в последовавшей за этим шумихе вполне спокойно добралась до документов, успев после этого сбежать до прибытия подкреплений.

Желая все же доказать свои хорошие намерения, через некоторое время Менгск-младший опубликовал сведения о себе в свободном для всех доступе.

Когда Доминион подвергся нападкам «Защитников человечества», Нове вновь пришлось столкнуться с умоджанцами — на планете Малый Джарбан, где добывался терразин, произошла вспышка вируса зергов, и призраку со своей элитной командой пришлось заниматься сразу тремя вещами: спасением выживших рабочих Протектората, сбором терразина (в личных целях) и борьбой с зараженными и тал’даримами под руководством Джинары.

К 2512 году Умоджанский протекторат стал владельцем самых продвинутых биотехнологий в секторе и еще больше укрепил свои границы на случай нападения Доминиона или Роя. В случае нашествия зергов на южные границы, правительство Умоджи надеялось на помощь дэлаамов. Люди Протектората очень хотят наладить хоть какую-то коммуникацию с протоссами, научиться у этой древней расы чему-нибудь. Однако дэлаамы их попросту игнорируют, как и остальных терранов.

И хотя Протекторат направил к Валериану посла Луи Дю Пре, в Совете правления все еще сильно сомневались относительно надежности Доминиона как спокойного союзника. Даже когда Менгск запросил у Умоджи некоторое количество их передовых технологий для усмирения бушевавших в государстве голода и засухи в обмен на помощь в охране южных границ, руководство Умоджанского протектората оставалось непреклонным.

Они боялись, что сын деспота видит, как и его отец, Умоджу в качестве одного из самоцветов в своей короне.