— Цена мира высока, и она оплачивается жизнями праведников.

- Адун



Воспетый в легендах, Адун был легендарным воителем, что вел протоссов незадолго до ухода темных тамплиеров. Весь протосский народ, как тамплиеры, так и неразимы, почитает его как истинного героя. Мало кто в то время мог назвать более могучего воина или великого стратега.

Более восьмидесяти лет юный Адун провел в битвах бок о бок с Талдарином и вершителем Зоранисом. Ходили слухи, что последние пятьдесят лет этой совместной карьеры наш герой был ответственен за все успешные военные операции Зораниса. Перед своей финальной битвой, вершитель настоял на том, что будет биться на передовой, со своим товарищем Адуном, что помогло победить в сражении, но стоило самому Зоранису жизни. Тело его, предварительно омытое советником Ветраасом и самим Адуном, было погребено на Дороге Памяти — тысячи протоссов в тот день пришли проводить вершителя в последний путь.

Во многом благодаря военным успехам (множество побед, тысячи их), Адун был удостоин чести запустить первый корабль-ковчег, поместив соларитовый блок в ядро. «Копье Адуна» — именно этот корабль, как все мы знаем, в будущем сыграет решающую роль в битве с падшим зел’нага.


После разрушительной Эпохи Раздора Кхалой были соединены, вне зависимости от желания, все протоссы — это было сделано с целью предотвратить возможное развитие только утихшего конфликта. Однако в тайне ото всех (кроме Конклава) на Айуре обитали племена изгоев, отказавшиеся от Кхалы. Именно их мы сейчас называем неразимами.

Но вернемся к Адуну — Конклав поручил вершителю в одиночку встретиться с изгнанниками в крепости Кор-Шакал, также известной как Великий Форум. Отчасти ослушавшись приказа, Адун взял с собой Ветрааса.

Не доверяя нашему герою, лидер Конклава Старейшина Кортанул решил убедить Адуна и Ветрааса в правильности своих намерений, сообщив им секретную информацию: изгнанники ставили права каждого выше прав всего общества и отрезали себя от Кхалы — это шокировало Адуна, ведь подобные дела могли запросто погрузить протоссов в казалось бы ушедшую Эпоху Раздора. Кортанул предложил вершителю допросить пленную девушку-изгоя, известную как Рашжагал.

Имевший данный о местоположении племен, Конклав боялся изгоев и приказал Адуну скрытно казнить каждого неразима, одного за другим. Кортанул пытался склонить вершителя на свою сторону, утверждая, что убийство изгоев — необходимое и благое дело. Однако даже судья Ветраас выразил свои сомнения относительно указаний Конклава, ведь со времен Эпохи Раздора еще ни один протосс не убил собрата. Следование воле Конклава вполне могло погрузить народ Айура в еще один масштабный кризис.

Адун привел юную Рашжагал в свою крепость, Кортанул приказал казнить ее в ближайшее время. Если бы не наводки Конклава, поиски прочих неразимов затянулись бы на долгие годы — ведь будучи лишенными Кхалы они становились будто невидимыми для остальных протоссов. Длина списка жертв шокировала Адуна — необходимо было убить очень многих изгоев из самых разных племен.


Постепенно вершитель стал все более сомневаться в благих намерениях Конклава: ни один пленник не выглядел опасно, никто не желал причинить боль другим протоссам — все было слишком подозрительно. Высказав о своем нежелании вершить казнь, Адун сразу же подвергся давлению со стороны Конклава и был вынужден готовиться к экзекуции. Тем самым Кортанул окончательно восстановил молодого вершителя против себя.

Да, Адун провел казнь Рашжагал, транслируя ее Конклаву… Но весь процесс был поддельным, никто не пострадал. Так началась череда ненастоящих, но столь желанных для Конклава убийств, благодаря которой наш герой заслужил безмерную благодарность и доверие со стороны изгоев.

Зная, что рано или поздно его обман раскроется, Адун стал учить изгнанников мастерству скрытности. Схватывая знания буквально на лету, многие изгои обучились невидимости значительно быстрее, чем на то рассчитывал сам вершитель. Стоит отметить, что для обычных тамплиеров навык невидимости был совершенно неизвестен.

Как бы то ни было, спокойствие не могло продолжаться вечно — один из изгнанников каким-то образом вызвал пси-шторм, убивший множество его сородичей и выжегший джунгли на много миль вокруг. Первый пси-шторм вызвал панику среди неразимов, и так появились другие штормы, накрывшие Айур и Браксис (ранее называвшийся Кирадором). Сканируя местность, Конклав обнаружил тела «казненных» изгоев и тотчас же понял, в чем дело. Борясь с гневом, вызванным невыполнением тамплиерами прямых указаний, Кортанул решил выловить и пленить всех неразимов.


Несмотря на жгучее желание покарать ослушавшегося Адуна, Конклав прекрасно понимал, что таким образом они будут вынуждены открыть тайну существования изгоев остальным протоссам. Аналогичный исход будет, и если они убьют хоть одного изгоя. Было принято коллективное решение навсегда изгнать неразимов с Айура. Для этой цели был активирован засекреченный корабль зел’нага, все еще могущий летать.

Присутствие на этом процессе Адуна настолько разъярило Кортанула, что тот решился лично атаковать изгоев — последовала обратная агрессия. Адун испугался, что происходящие события могут сгенерировать еще одну псионическую бурю, и смог создать из энергии Кхалы и Пустоты магический синий туман, покрывший и защищавший всех изгоев. В это время сам герой вспыхнул подобно звезде и сгорел, не оставив после себя абсолютно ничего, даже отголоска в Кхале. Изгнанники же, полетевшие в далекий космос, с тех пор стали известны как темные тамплиеры.

После его смерти Конклав, уже полностью обнаживший свое подлое нутро, подготовил для айурского народа байку о том, что Адун отказался от смертной жизни, пожертвовав собой, дабы изгнать темных тамплиеров и спасти протоссов.


Неразимы продолжают верить, что Адун не погиб, а лишь перенесся в другое измерение. Народ темных тамплиеров называет его Сумеречным Спасителем и считает, что если бы не его великая жертва, то жестокость Конклава сгубила бы их всех, не дав в будущем случиться объединению протоссов. Одаренные же даром предвидения считают, что возвращение Адуна совсем близко.

Адун также оказал немалое влияние и на протосский язык, добавив в него множество устойчивых выражений, вот лишь некоторые из них:

  • En taro Adun — «Во славу Адуна»
  • Adun toridas — «Да сокроет тебя Адун»/«Позволь Адуну предоставить тебе убежище»
  • Korshala Adun — «Пока мы оба не встретимся с Адуном»